admin / 12.02.2020

Екатерина мухина муж

Содержание

Модные мамы: Екатерина Мухина

Расскажи, пожалуйста, о своем детстве.

Скажу так, детства, как такового, у меня не было. Я ни разу не справляла свой день рождения, все время делала уроки или была на сборах. Мое детство – это тренировки 6 дней в неделю по 4 часа и учеба.

У тебя были строгие родители?

У меня была очень строгая мама, первый раз меня отпустили в кино в 16 лет, а на концерт – в 18. Про дискотеки не могло быть и речи, когда мне было 12 лет, мама сказала: «Увижу с сигаретой, подстригу на лысо», — я до сих пор не курю (смеется). Но при всей своей строгости мама не вмешивалась ни в мои отношения, ни в выбор профессии.

Чем ты увлекалась?

Спорт, спорт и еще раз спорт, благодаря которому воспитывается дисциплина.

Как тебя одевала мама?

Я выглядела как кукла. Очень многое из того, что сейчас модно, я относила еще в детстве – сандалии-гладиаторы, деним, люрекс…

А как ты сейчас одеваешь Машу?

Маша давно одевается сама. У нее очень активный образ жизни – рисование, архитектура, музыка… Поэтому обычно она носит то, что удобно и не жалко испортить красками, пластилином или маслом. Что касается выходов в театр или на дни рождения, то Маша старается быть нарядной.

У вас совпадают вкусы в одежде?

Не всегда. Мы часто спорим, но уважаем мнение друг друга и идем на компромисс.

Как ты могла бы охарактеризовать свой стиль?

Когда мне было 12 лет, в моду вошли брюки-клеш и ботинки Dr. Martens. Конечно, я обо всем этом мечтала, но моя мама не особенно потакала нашим желаниям. А мне так в тот момент хотелось эти брюки и ботинки… Помню, что однажды мама сказала: «Кать, да не переживай ты так, мода всегда возвращается, еще успеешь все это поносить!» Так и произошло.

В прошлом году в моду вернулся гранж, и все ринулись покупать массивные ботинки, а в этом сезоне — в моде 70-ые и все ходят в брюках-клеш. Мне очень нравится этот стиль, но я уже не гонюсь за модой. Нужен свой собственный стиль, необходимо учитывать свои пропорции и оставаться самим собой. Если тебе нравится стиль хиппи, то надо следовать ему вне зависимости от его актуальности в данный сезон. Я всегда носила массивные ботинки, не обращая внимание в моде они сейчас или нет, потому что они мне нравятся.

Сейчас есть тенденция поддерживать русских дизайнеров, российскую фэшн индустрию, и я с удовольствием ношу их одежду, чаще всего это платья. Если говорить о том, что близко лично мне, то это мужские костюмы, мужские сорочки, смокинги, бабочки, галстуки – внутренне так я готова одеваться всегда, немножко 70-ые, что-то из 80-х. Я люблю озорной и немного провокационный стиль.

Какому роду деятельности ты сейчас отдаешь больше всего времени и энтузиазма?

Машиному поступлению в английскую школу и проекту «Дочки-Матери», но не забываю и о своей основной профессии – я же стилист, поэтому до сих пор сотрудничаю с журналами, езжу на показы.

Почему ты решила связать свою жизнь с модой? Это вышло случайно или ты об этом мечтала?

Работа в журнале была для меня и случайной, и спланированной. В детстве я мечтала вести программу «Новости», но поступив в МГУ, я решила попробовать все области журналистики и прошла практику и на радио, и на телевидении, и, с легкой руки моей подруги, а ныне главного редактора журнала Harper’s Bazaar Даши Веледеевой, я попробовала себя в качестве редактора в журнале. С этого все и началось, и я ни разу об этом не пожалела, потому что именно эта сфера – работа в модном журнале – оказалась для меня самой интересной.

Я была на втором курсе, когда попала в Петровский пассаж на мероприятие, посвященное запуску русского Vogue. Я прекрасно помню этот вечер и главного редактора журнала Алену Долецкую, в тот момент работа в этом издании казалась мне несбыточной мечтой. Я думала, что попасть в этот мир и чего-то в нем добиться в принципе невозможно.

На Екатерине: костюм и обувь Prada, на Маше: платье и пальто Lanvin, балетки Miss Blumarine – все из Daniel Boutique.

Ты успела поработать практически во всех глянцевых изданиях и дошла до высшей точки в карьере стилиста – позиции директора отдела моды Vogue. Ты можешь сказать, что мир глянца напоминает сюжет фильма «Дьявол носит Prada»?

Гораздо более реалистичный фильм «Сентябрьский номер», который действительно показывает мир моды изнутри таким, какой он и есть.

Наверно в Нью-Йорке, (где живет и работает главная героиня «Дьявол носит Prada») все жестче, более высокая конкуренция. Например, я знаю, что мои американские коллеги могут уже на третий день после рождения ребенка оказаться в редакции или на съемках. И это не преувеличение. Просто за ними стоит 100 девчонок, возможно, еще более талантливых, чем они сами, которые готовы занять их место. В России и в Европе все немного по другому. Здесь играют большую роль традиции, уважение, выслуга лет… В России фэшн индустрия еще достаточно молода, тут не так много специалистов как в Америке, и возможностей реализовать себя гораздо больше. Только надо пахать, поэтому ощущение, что ты пришел, тебе подарили кучу подарков и с утра до вечера в редакции наливают шампанское совершенно неверное. Надо очень много трудиться, и не факт, что ты «выстрелишь», но возможностей чего-то добиться в Москве гораздо больше, чем в Нью-Йорке.

Почему ты приняла решение больше не работать в журнале?

Я решила уйти из журнала, потому что устала и очень мало времени проводила с ребенком и своей семьей. В качестве директора отдела моды я вместе с Леной Сотниковой участвовала в перезапуске журнала Marie Claire, затем мы перезапускали журнал Elle, потом главный редактор Vogue Вика Давыдова, поверив в мои силы, пригласила меня вместе с ней и абсолютно новой командой делать перезапуск журнала Vogue… Три перезапуска таких журналов за пять лет – это очень тяжело. Каждый раз нужно было все начинать с нуля: от списка фотографов до команды. Покидая свое предыдущее место работы, я всегда оставляла супер профессиональную команду, которая работала уже на поставленных рельсах, многие так до сих пор там и работают. Я этим очень горжусь.

Не было мечты стать главным редактором?

Конечно, я очень бы хотела однажды стать главным редактором, но для этого нужны перезагрузка и свежие силы, поэтому точно не сейчас. На сегодняшний момент моя главная задача состоит в том, чтобы Маша поступила в школу в Англии. Даже сейчас я еду не на показы в Милан, а с ней в Лондон на тестирование, результаты которого для меня сейчас гораздо важнее, чем тренды осень-зима 2015/2016.

У вас с Машей есть общие увлечения?

Я стараюсь попробовать все, чем занимается дочь, чтобы говорить с ней «на одном языке». Мы делаем коллажи, Маша пишет книгу и я ей стараюсь в этом помочь, а еще мы вместе ведем программу «Правила стиля» на канале Disney.

Что для тебя абсолютно неприемлемо в детском поведении?

Капризы и избалованность.

У тебя уже взрослая дочь, ты легко представляешь себе знакомство с ее бойфрендом?

Да, и уже очень переживаю по этому поводу, хотя вроде совсем недавно сама была тинэйджером.

Ты не жалеешь о том, что ушла из Vogue?

О принятом решении я не жалею, но я очень скучаю по редакторской работе, по своей команде, по редколлегиям… Все это давало мне невероятный заряд эмоций. Я отдала своей карьере 15 лет жизни, на это ушло много нервов и здоровья, но взамен я получила уверенность в себе, материальную обеспеченность и невероятное удовольствие.

екатерина мухина

  • 8:07

    Героини нашей популярной еженедельной рубрики Look of the Week – популярные актрисы и певицы, известные …

    6 905 просмотров1 год назад

  • Канал

    По приглашению универмага LUKSE в Новосибирск приехала одна из самых известных стилистов России, основательн…

    4 года назад1 видео

  • Канал

    8 июня состоятся предварительные выборы кандидатов в депутаты Московской городской Думы. Проект «Моя Москв…

    27 видео5 видео

  • 2:21

    Стилист-визажист Екатерина Мухина. Свадебный образ, прическа и макияж. Новосибирск.

    447 просмотров8 лет назад

  • 5:36

    Ведущая Екатерина Мухина

    421 просмотр4 года назад

  • 4:26

    Канал «YUNGVOKAL» представляет:
    Екатерина Мухина на конкурсе «All Russia»
    _
    Детский международный музыкальный интерне…

    388 просмотров3 года назад

  • Канал

    Нужны памперсы для лежачего больного или одноразовые пеленки.

    4 года назад1 видео

  • Канал

    Наверное, исполнено в последний раз! Спасибо СЭТ «Арабеск» и Марианне Коротиной!

    1 видео2 видео

  • Канал

    Можно ли сегодня купить жилье без риска?

    2 видео2 видео

Екатерину Мухину в модной индустрии знают без преувеличения все. Сначала — как директора отдела моды ELLE, потом — Vogue Россия, позже — как приглашенного редактора Vogue Украина, а еще — как стилиста обложки книги знаменитого фотографа Патрика Демаршелье (73) Dior New Couture. «Когда вижу эту книгу, конечно, испытываю радость и гордость», — улыбается Катя. Об этом она рассказывает уже в новом статусе — главного редактора журнала ELLE Россия, причем по телефону из Парижа. У Кати сейчас настоящий марафон: недели моды, встречи, съемки на сезон вперед, подбор новой команды. Но ей не привыкать. «Даже после ухода из Vogue, когда хотелось отдохнуть, я не смогла поменять образ жизни. Хотя я и помешана на работе — семья для меня всегда на первом месте». Катя вспоминает, как однажды ее дочь Маша спросила: «Мам, а если тебя позовут снимать Кейт Мосс (43) первого сентября, ты кого выберешь, меня или Кейт?» «Конечно, тебя», — ответила Катя, не пропустившая ни одной школьной линейки за все годы учебы дочери. «А если второго сентября?» — «Тогда Кейт Мосс. Сразу после линейки». И ей веришь — однажды она успела слетать одним днем из Милана в Таиланд ради обложки Condé Nast Traveller, а потом вернуться на показ Armani.

Назначение Кати состоялось в середине декабря прошлого года. Февральский номер ELLE стал выпуском с ее дебютным словом редактора, но был полностью сделан старой командой. «Оценивать работу нашего коллектива лучше в сентябре, когда начнется новый сезон», — объясняет Катя.

О современном глянце, команде мечты и о том, почему с ней не всякий сработается, Катя рассказала PEOPLETALK в эксклюзивном интервью.

Первое фото: комбинезон, Lanvin. Это фото: серьги и кольца, Roberto Cavalli

Катя, каким станет ELLE с Вашим приходом?

КАТЯ МУХИНА. ELLE — это всегда фан и абсолютный позитив. Этот журнал любят очень разные люди: у кого-то семья и дети, кто-то успешен в карьере, кто-то выбрал более размеренный образ жизни — но все это люди интересные и интересующиеся. Они хотят двигаться дальше, развиваться. Для них журнал был важен в прошлом и будет актуален в будущем. При этом у каждого бренда есть свой ДНК, и потому не стоит ждать преображения ELLE в Dazed & Confused.

Ваши первые решения в новой должности?

К.М. Со мной непросто — я рабочий неврастеник: ложусь в три ночи, встаю в шесть. Засыпаю с мыслями о своих проектах, просыпаюсь с ними же. (Смеется.) При этом я прекрасно понимаю, что во всем важен баланс, поэтому сама могу подойти к кому-то в редакции, чтобы буквально выгнать погулять, если вижу, что человек просто зашивается. В глянце нужна подпитка, вдохновение. Когда я пришла, всех предупредила: работать будем много, особенно вначале. Я принципиально не хочу никого перекупать, а собираю людей, которые уже были в моей команде. Пожалуй, первое назначение — Вадим Галаганов в качестве директора отдела моды ELLE. В издательском доме Conde Nast он работал вне штата, сделал сотню прекрасных съемок для GQ, но решил двигаться дальше и заняться женской модой. Я также планирую растить молодых специалистов. Люблю тех, кто еще не занимал высоких постов, потому что в них есть драйв. Но прежде всего я прекрасно понимаю, что мы делаем бизнес, создаем классный продукт в жестких рамках маркетинговых установок. Уверяю, это намного сложнее, чем заниматься чистым искусством.

Платье, HOUSE OF FAME; серьги, Daniil Antsiferov; кольцо, Roberto Cavalli

Какие задачи нужно решить в ближайшее время?

К.М. Кроме текущих — выхода нового номера каждый месяц — предстоит заново собрать пул фотографов и моделей, с которыми мы будем сотрудничать. Наш бизнес не так прост, как кому-то может показаться. Есть негласные правила, по которым живут все глянцевые медиа. О них никто не пишет, но люди из этой индустрии их знают. Есть фотографы Vogue, которые, например, никогда не будут снимать для ELLE, есть модели, работающие только с определенным кругом изданий. И главная задача сейчас — наладить связи, выстроить процесс, провести десятки встреч.

С Вами легко сработаться?

К.М. Все зависит от человека, потому что я очень требовательна и к себе, и к людям. А еще — очень-очень терпеливая, и второй шанс даю, и третий, а вот на 15-й наступает точка невозврата, и я иду дальше — без выяснений и сожалений. Я неконфликтный человек, но, с другой стороны, очень прямой. Не каждый готов принимать правду, многих она пугает. Предпочитаю сразу обсудить проблему, а не копить негатив, поскольку придерживаюсь теории о том, что все вокруг нас — энергия. И если ты во что-то вкладываешься — в дело, человека, отношения, нужно получать эмоции в ответ. Игра в одни ворота быстро надоедает.

Вы долго работали в Vogue, но карьеру начинали именно в ELLE. Чей подход к работе Вам ближе?

К.М. Vogue и ELLE — два моих дома, и есть два человека в этой индустрии, которые во многом определили меня как профессионала, хотя подход к работе у них очень разный. Это главный редактор Vogue Вика Давыдова и предыдущий главред ELLE Лена Сотникова. Обе научили меня важной истине: если хочешь сделать хороший журнал, нужно, чтобы тебя волновала каждая картинка, каждое слово, каждая буква, каждая цифра. Только когда ты трепетно вынашиваешь каждую страничку, получается классный продукт.

Платье, Chapurin haute couture

Катя, модные съемки — важная часть Вашей профессиональной жизни, которой главные редакторы обычно не занимаются. Вы продолжите их стилизовать?

К.М. Да, конечно. Мы настроены на оптимизацию и не планируем строить из себя звезд, мол, я — главный редактор, Вадим — fashion-директор, и мы не будем снимать всякие мелочи. Если в конкретный момент больше некому — я готова делать все, что необходимо журналу. Счастлива, что со мной рядом Вадим. Это большая редкость, чтобы суперстилисты, очень талантливые, снимали портреты, культуру, актрис, а не только моду. А Вадим обожает работать с героями, он просто фанат съемок, и мы с ним на одной волне.

Вы долго принимали решение, когда Вам предложили эту должность?

К.М. Два дня.

То есть сомнений почти не было?

К.М. Я долго готовила дочь (Маше 13 лет. — Прим. ред.) к поступлению в лондонскую школу. Для меня, скажем так, это был главный проект последних трех лет. И когда она наконец поступила, я некоторое время была просто в эйфории. А потом поняла — у меня достаточно энергии, чтобы выходить на работу.

А что будет с Вашими другими проектами? С сайтом «Дочки-матери», например?

К.М. Там остается главным редактором моя сестра. Мы приняли такое решение еще в начале 2016-го. Это для меня был год путешествий, период активного внутреннего роста. Я много где успела побывать: в Нормандии, в Исландии, в Перу. Так что от сайта я давно абстрагировалась, и вполне осознанно. Четыре года назад я уходила из Vogue, чтобы заняться семьей, но со временем поняла — не стоит ни от чего отказываться. Даже если бы у меня была возможность просыпаться когда хочу и спокойно идти пить кофе, не имея никаких планов на день, я все равно старалась бы развиваться и идти вперед. Это не хорошо и не плохо. Главное — понять себя. У нас очень любят вешать ярлыки, а я считаю, что не надо никого ломать. В 2016 году я усвоила два важных урока: бесполезно кого-либо менять — надо принимать человека или ситуацию такими, какие они есть. А дальше ты решаешь, хочешь идти с ним (или с ней) по жизни или нет.

Платье, Tom Ford; туфли, Roberto Cavalli

Жить по таким принципам — большой внутренний труд. Вы как с этим справляетесь?

К.М. Я советский ребенок, меня воспитали в советской школе, и у меня был советский спорт. «Что бы ни случилось — терпи» — нас так учили. Так что да, новые принципы я приняла не сразу, но как-то в один миг вдруг поняла, что, оказывается, можно выбирать, как по меню в ресторане, — то, что нравится, и другим позволять это делать. Я и Машу этому учу. Например, она говорит: «Мам, а если я наколку сделаю или волосы в синий цвет покрашу?» Я отвечаю: «Крась! Еще и в розовый давай». Все, что она мне предлагает, я поддерживаю. Это ее жизнь, я должна ее принять и поддержать.

Какими проектами Вы особенно гордитесь?

К.М. Сотрудничеством с Патриком Демаршелье. Кадр из нашей съемки с Мариной Линчук (29) он взял на обложку своей книги, а работы с Дианой Вишневой (40) вошли в Dance in Vogue. Еще горжусь съемками для итальянского и японского Vogue, как, впрочем, и всеми проектами, к которым была причастна. В меня верили, и за это я благодарна — Карине Добротворской, Вике Давыдовой, Лене Сотниковой, Виктору Михайловичу Шкулеву. Все они давали мне возможность расти. Может, это звучит наивно, но это правда. Впрочем, конечно, мой самый главный проект — все-таки Маша. (Смеется.)

Платье, Izeta; туфли, Roberto Cavalli; серьги, Daniil Antsiferov; браслеты — собственность Екатерины

Ваш главный профессиональный принцип?

К.М. Я всегда уважительно отношусь к коллегам. Мы можем дружить или не дружить, но, если я вижу красивую съемку, всегда говорю: «Вау, как круто снято!» Я не постесняюсь сделать комплимент главному редактору конкурирующего издания. Мне незнакомо чувство профессиональной зависти. Наоборот, когда я вижу что-то обалденное, думаю: они смогли, значит, и мне по силам. Я перестала открывать Facebook четыре года назад, после ухода из Vogue, — такого количества негатива, причем к коллегам, нет больше нигде. Искренне не понимаю, в чем радость подобных выбросов в соцсетях. Я живу другой жизнью: хожу вместе с коллегами (настоящими и бывшими) на обед или друг к другу в гости, и работа — далеко не главная тема наших разговоров.

Как при Вашей загрузке удается выкраивать время на личную жизнь?

К.М. Дело в том, что, когда любишь свою профессию, вопрос, как разделить работу и жизнь, не актуален. Я ощущаю себя в первую очередь состоявшейся личностью, и уверена, что реализую свои способности в верно выбранной профессиональной среде. А если работа приносит удовольствие, это всегда помогает преодолевать житейские проблемы и добавляет радостных красок общей картине персонального счастья.

Свадьба Екатерины для многих стала полной неожиданностью – бракосочетание известного стилиста и бывшего директора российского издания Vogue было для всех настоящим сюрпризом. Муж Екатерины Мухиной – ее бойфренд, бизнесмен Павел Корнилов. Вечер в честь дня бракосочетания Мухиной и Корнилова состоялся в одном из московских ресторанов, в который было приглашено множество гостей из светского столичного общества. Подруги были рады за Катю, сказавшую, наконец, «да» своему избраннику.

На фото — Екатерина Мухина и Павел Корнилов

Екатерина Мухина сделала блестящую карьеру – после окончания факультета журналистики МГУ она была приглашена на должность младшего редактора Vogue, а потом быстро поднялась по карьерной лестнице и дошла до поста его главного редактора.

В журнал Катя пришла в 2002 году, а через два года перешла в издательский дом Hachette Filipacсhi Shkulev в редакцию журнала Elle, где ей предложили более перспективную должность. В Elle она сначала работала стилистом, потом младшим редактором, а затем стала редактором отдела моды.

В 2009 году Мухина стала директором отдела моды, а позже вернулась в Vogue.

На фото — муж Екатерины Корниловой с ее дочкой

О личной жизни звездного стилиста известно крайне мало – у Екатерины есть дочь, но о том, кто был отцом ее дочки, история умалчивает. Брак с Павлом Корниловым стал приятной новостью для друзей и знакомых Кати. Муж Екатерины Мухиной на два года ее старше, занимает должность директора по развитию капитального строительства в компании RD Construction Management, член Совета директоров группы компаний RD Group Ltd. За его плечами высшее военно-морское инженерное училище им. Ленина, в котором он получил специальность инженера электротехнического оборудования.

Участие в крупном бизнесе потребовало от Павла получения дополнительного образования, и он окончил еще Институт бизнеса и кадровых технологий по специализации «Управление персоналом», Академию рынка труда и информационных технологий. Сегодня он успешный бизнесмен и состоятельный мужчина, который сможет сделать Екатерину по-настоящему счастливой.

Рейтинг Tatler: самые завидные невесты-2016 = 2 часть

Евгения Куйда. Было время, Женя остроумно ругала самые яркие гастрозаведения столицы на страницах «Афиши». Закрутила богемный роман со взрослым боссом Ильей Осколковым-Ценципером. Свои дни рождения превратила в балы Kuyda Ball, для которых выбирала места помоднее — то ВДНХ, то гостиницу «Белград». Народ у нее танцевал соответствующий — от дизайнера Гоши Рубчинского до сценариста Романа Воло­буева. Коротко стриженная девочка вообще увереннее чувствует себя в мужской компании, катается на скейте и занимается боксом (у ее мамы боксерский клуб на «Красном Октябре»). Три года назад, почувствовав, где трава зеленее, Женя уехала в Кремниевую долину делать собственное ресторанное приложение Luka. Друзьям Куйда предана до гроба — погибшему Роману Мазуренко создала робота-бота, чтобы продолжать с ним общаться в Telegram. Нового Жениного бота зовут «Реплика», он умеет мимикрировать под кого угодно — это так круто, что про нашу Куйду пишут The Times и Bloomberg.

Лара Винокурова. Семья у этой невесты серьезнее некуда. Папа Семен Леонидович — глава фармацевтической компании «Генфа». Брат Александр — президент «А1» и зять Сергея Лаврова. Еще один брат — Мика — работает в SAV Entertainment. К будущему мужу требования у Лары высокие во всех смыслах: «Для начала рост как минимум метр восемьдесят. А еще у него должно быть хорошее чувство юмора». Сразу предуп­реждаем, в обиду невеста себя не даст — в ожидании достойного партнера оттачивает хук справа в академии бокса Fight Nights, а словесную пикировку — в кембриджской Leys School. Школу оканчивает в этом году, но кем будет — социологом или психологом, — пока не решила. Каждое лето проводит в Испании, а в Москве захаживает в Pinch и I Love Cake. Признайтесь, что ходите на концерты Мики и его группы The Naked Lunch, и диалог завяжется.

Анастасия Фетисова. Детство дочери великого хоккеиста прошло на чемоданах. Настя родилась на Манхэттене, выросла в Нью-Джерси, год прожила в Австралии, в одиннадцать вернулась в Москву и окончила тут, на Береговой улице, Англо-американскую школу. Невеста с приданым — у нее своя кинокомпания NTL Film, которая в прошлом году возила в Канны на русскую программу короткометражку. Мужчину своей жизни Фетисова тоже выбирает из соотечественников — должен же он знать, что такое заливная рыба на Новый год, и понимать Вильяма нашего Шекспира. Один претендент уже есть: Наум Пайкин («Уралкалий») учился вместе с Настей в московской школе, летал к ней из Бостона в Нью-Йорк в университетские времена, а сейчас они вдвоем рассекают склоны Вербье и «Розы Хутор».

Ксения Тараканова. С легкой руки соосновательницы агентства V Confession сливаются в светском экстазе сердца мощных брендов и культурных институций. Не нужно набиваться ей в кавалеры на следующую ярмарку Cosmoscow, для которой «Ви» обеспечивают фандрайзинг, — работа у Таракановой идет отдельной строкой. А вот на склоны Мадонна-ди-Кампильо и в конюшни КСК «Новый век» бизнес-леди с дочерьми Верой и Катей можно и нужно сопроводить. Муж Ксении Юрий Марценко погиб два года назад. ­Изумрудно-зеленый кабрио­лет «форд мус­танг» у особняка в Горках-2 ждет крепкую мужскую руку, которой не лень возиться с механической коробкой передач.

Нина Гусева. То Сонечка Мармеладова, то булгаковская Аннушка — уже четыре года дочь спортивного комментатора Виктора Гусева служит в МХТ им. А. П. Чехова. Форму поддерживает у станка на балетных уроках, а также недалеко от гримерной — в «Городе-саде» на Большой Дмитровке. Дедушка Нины — декан биофака МГУ, прадед — драматург Виктор Гусев, в честь которого названа улица во Внуково. Туда, в старо­дачное имение, Нина каждые выходные приезжает к родителям на чай из самовара с баранками. По злачным местам не ходит, считает Энтони Хопкинса образцом мужской красоты и свободно изъяс­няется на английском и французском без смешения с нижегородским. Расположения актрисы попробуйте добиться через ее сестру Юлию — она японист, но живет в Лондоне.

Юлия Рубан. Будущий муж модного дизайнера Юлии должен быть великодушным: прос­тить покупку босоножек Fendi с овчиной и принять, что обувь будет надета с носками. В благодарность Юля приведет в порядок его гардероб — босоножек не будет, зато появятся галстуки аскот. В Москве выпускница Ставропольского госуниверситета без малого двенадцать лет. Ее и сестру Алису все модные девушки знают, носят и поддерживают рублем обе линии — Ruban и Pe for Girls. Из шоу-рума в Камергерском Юля выходит лишь на обед в «Техникум». А из столицы если уезжает, то в теплые края: никакого Куршевеля, только Бали и Форте. Одна маленькая деталь — руки. Если они у мужчины невелики, то пусть даже не пытается знакомиться — у дизайнера по этому поводу принципы.

Нина Гусева и Юлия Рубан

Анна Чиповская. Москва скорее бы поверила, что волосок выбьется из холеной бороды рек­ламщика Даниила Сергеева, чем придет конец их с Аней любовной сказке длиной в три с лишним года. Теперь память о большом и светлом чувстве хранит лишь фотография в обнимку с котенком Куусиненом под хэштегом #бесконечная­идиллия. В остальном все как прежде: первая красавица города сама задает своей камере вопрос «Кто на свете всех милее?» и сама на него отвечает. Томно позирует в платьях, обнажающих высеченные Микеланджело плечи. Курит на бордюре Патриарших с подругами Светланой Устиновой и Викторией Исаковой, как будто все еще играет в «Оттепели». Претендует на звание Веры Холодной нового русского кино, демонстрируя дореволюционные шляпки на площадке сериала «Хождение по мукам». Отвлечь актрису от ее отражения может разве что блеск бокалов — как-то раз Анна сфотографировала в Тбилиси плакат «Нельзя купить счастье, но можно купить вино, что в принципе одно и то же» и делает вид, что это ее слоган по жизни.

Анна Чиповская

Мария Парфенова. Сначала развлечет изящной беседой — научилась у папы, Леонида Парфенова. А потом накормит. Фирменное блюдо — утиная грудка с яблоками и айвой в кунжутном соусе. Кулинарный талант у нее от мамы, Елены Чекаловой, и Маша после лондонского City University со знанием дела несколько лет работала в пиаре ресторанов и отелей. От будущего мужа требует немногого: музыкальной эрудиции, щедрости, легкости на подъем и хоть одного еврейского гена. Можно по папе — семья, в отличие от ребе, поймет и простит. Ищите рыжую бестию в барах Chainaya. Tea & Cocktails и «Антикварный» за стаканом бурбона Bulleit.

Мари Коберидзе. В Москве ой как любят грузинских красавиц — и Мари не исключение. Выпускница философского факультета МГУ и экс-ведущая передачи про моду на канале «Москва 24» взглядом с поволокой вскружила не одну голову в Noor и «Симачеве». Пока ее глаза смотрят только на Владимира Липницкого — правнука актрисы Татьяны Окуневской и сына Александра Липницкого из «Звуков Му». Мари с Вовой растят сад Липницких на Николиной Горе и держат там в старом гараже галерею We Art. Не теряйте надежду подарить ей худсалон метражом побольше.

Катя Мухина. Развод мастера спорта по художественной гимнастике, ныне стилиста высокого во всех отношениях (рост сто восемьдесят сантиметров) уровня с архитектором Павлом Корниловым прошел так аккуратно, что миновал светскую хронику. Но есть и хорошие новости: дочь стюар­дессы, живущая по принципу Kiss and Fly, снова свободна. Можно попытаться поймать ее в небе между Перу, Индией и Исландией. Или Лондоном — Катина тринадцатилетняя дочь Маша с этого года учится в школе King’s Canterbury. Но любящую мать это разгрузило лишь отчасти: она постоянный контрибьютор Vogue, основательница сайта dochkimateri.com и один из лучших персональных стилистов города. В мужчинах ценит чувство юмора, талант и любовь к хорошей кухне. Тем, кто раз в месяц ездит на детокс к Шено, не стоит даже пытаться. Что получит джентльмен от такого сою­за? Надежного, веселого, фотогеничного партнера. С одним отягчающим — гардеробной не меньше, чем в Большом театре. И с не менее обширной библиотекой, где собрано все стилистически выверенное — от Феллини до Шагала и Эгона Шиле.

Катя Мухина

Лидия Метельская. Дочери бывшего вице-губернатора Санкт-Петербурга Игоря Метельского совсем не жмет корона первой красавицы города. С родным братом Ульяны Сергеенко «хоро­шая девочка Лида» давно уже рассталась, но на показы ходит исправно и носит платья Ulyana Sergeenko так, как получается только у самой Ульяны — они с Метельской вообще как две капли воды. С прошлого года тончайшую выпускницу юрфака СПбГУ сопровождает симпатичный девелопер Владимир Ревенков. Строить хрупкое совместное счастье пара предпочитает в проверенных точках — лучших ресторанах и клубах Сен-Тропе и Лондона. Сложно дать прогноз этому союзу; пока что Метельская своих котов любит больше, чем всех женихов вместе взятых. Один счастливчик — британская шиншилла Беляш — даже снялся с ней для журнала «Собака».

Ксения Сухинова. Про шумные вечеринки в Монако и фотосессии у Патрика Демаршелье слы­шали, наверное, все — но настоящих откровений от модели не получишь. Заученную история про то, как экс-бойфренд (семь лет вместе) Сергей Говядин доставил ей платье от Валентина Юдашкина и несколько месяцев возил ее, маскируясь под шофера, не пересказал только ленивый. Переплюнуть этого ухажера будет непросто: путешествия на крошечный занзибарский остров Сэндбэнк, Сил и Софи Эллис-Бекстор в подарок на день рождения, квартира в Крылатском. Свое — временное — одиночество мисс мира скрашивает в «Угольке», «Причале», жуковских Pride и Pro Trener, на четвертом этаже ЦУМа. По пути к родителям в Тюмень читает роман Анри Труайя «Екатерина Великая». Потому что со времен конкурса в Йоханнесбурге литературные интересы девушки ушли за пределы романа «Мастер и Маргарита». Впрочем, не только литературные.

Ксения Лукаш. Двенадцатая жена мятежного адвоката Дмитрия Якубовского после развода эффектно вознеслась из барвихинского особняка в квартиру башни «Федерация» вместе с семилетним сыном Платоном. Образ у нее воинственно-неприступный, но подруги твердят одно: Ксения добрая, нежная и искренняя на фоне тех, кто таковыми только притворяется. Труба бесперебойно зовет рожденную в Саранске гражданку Лукашину то на Ибицу, то в Беверли-Хиллз. А Ксения отвлекается, представьте себе, на учебу — семинары в Российской академии адвокатуры и нотариата, лекции в университете Art & Image, где она слушает курс «Имиджмейкер бизнесменов и политиков». Чтобы расположить прилежную студентку к себе, действуйте через Платона. Однажды ему подарили микроавтобус, полностью забитый игрушками. Мама была растрогана.

Ксения Лукаш и Ксения Сухинова

Мария Ивакова. Медийную славу выпускнице Финансовой академии принес проект «Орел и решка. Шопинг». Светскую — широкополосная свадьба с завидным девелопером Эрнестом Рудяком («Ингеоком»). Развелись тоже красиво: тактично взяли паузу, которая переросла в мирное, дружеское расставание. Маша — человек разносторонний. Слушайте ее голос в мультике «Зверополис». Смотрите на девушку во всей красе в «Семи лучших свиданиях». Дел много, времени мало. Шопинг в нью-йоркском Сохо, йога в московской NYM Yoga, вечнозеленый обед во Fresh и «Черный русский» в «Гоголь-центре» оставляют минимум пространства для личной жизни.

Мария Ивакова

Ольга Прокопова. Окольцевать прекрасного ювелира непросто — эта self-made из Минска работает двадцать четыре часа в сутки. «Литье», «закрепка», «гальваника» — вот новый словарь юриста и экс-редактора моды Tatler. Атаку на московскую шкатулку с драгоценностями Оля начала всего четыре года назад — без инвесторов той или иной степени близости. Но результаты сверкают в ушах, на пальцах и запястьях Тины Канделаки, Елены Перминовой и Мирославы Думы. Прокопова любит мужчин дела и слова. Ловите ее в МАММ, на бизнес-встречах в Vogue cafe или в ресторане Hills рядом с ее гнездом в Серебряном Бору.

Полина Аскери. Девяносто три, шестьдесят, девяносто. Несмотря на суперпараметры, получает уже третье высшее — в МГУ на истории искусств. Недавно с помпой открыла галерею Art Online 24 by Askeri Gallery. Аскери не псевдоним, хотя в Москве девушки модельной внешности часто этим грешат. Дедушка Полины по папиной линии — перс из древнего рода. С экс-мужем, олимпийским чемпионом по волейболу Виталием Рыжовым, Полина дружит до сих пор. Как и с другими своими бывшими. От мужчин женщина с грацией персидской кошки с удовольствием принимает классику — пионы и «знаки внимания», которые можно начать оказывать на «Арт-Базеле» в Майа­ми или на вечеринке ювелира Фаваза «де Гризогоно» на Сардинии. А если у соискателя дома окажется фотопортрет гепардов работы Питера Бира, то есть шанс покорить сразу весь клан Аскери.

Эстер Шенкман. Выпускница нью-йоркской дизайнерской школы Parsons не хуже Андрея Артемова знает, с чем и как носить алый плащ Walk of Shame, чтобы потом не было мучительно стыдно за лук в Instagram. Дочь председателя совета директоров Amedia TV и председателя оргкомитета «Новой волны» Александра Шенкмана работает персональным стилистом. Практикует каббалу. Поймав ее где-то между отцовским домом в Юрмале и примерочными ЦУМа, которые для нее почти что офис, с ходу заводите долгий разговор о своем предназначении — Эстер еще и дипломированный коуч.

Эстер Шенкман

Дарья Янина. С юрфака МГИМО дочь основателей модного бренда Yanina выпорхнула в волнующий мир миланского института Marangoni и потом два года работала в Moncler. Сейчас на должности директора по международным проектам в семейном бизнесе совмещает любимое: fashion и travel. Яркую блондинку видят то в парижском музее Орсе, то в винотеках Тосканы, то на Experimental Beach на Ибице. Или вовсе в Нью-Йорке, куда Даша как-то раз сорвалась на свидание. За что ее любят друзья и бывшие? За легкость, изумительные спагетти с лобстером и ресницы, которые она никогда не наращивала.

Алина Топалова. Идеально сложенная амазонка прошла серьезную школу жизни: сначала МГИМО и Richemont Group, затем светская хроника Tatler. Сталь закаляла в семье — у ее поющего брата Влада Топалова непростой характер. Сейчас Алина бегает марафоны и организует торжества — ее агентство Ace Events держало венцы на свадьбе балетных звезд Тихомировой и Овчаренко. Если не хотите заводить знакомство через агентство, подскажем короткий путь. Ищите вегетарианку Топалову в Nude на Патриках, в Щемиловском парке на прогулке с померанским шпицем Харибо и на пробежке в Лужниках.

Алиса Огородникова. Вам когда-нибудь пели бархатным го­лосом Spanish Guitar? Алиса может. Настоятельно советуем не загонять вы­пускницу швейцарского GIHE в жесткие рамки. Огородникова уже успела вый­ти замуж и развестись спустя три года, открыть и закрыть бутик нижнего белья Dabaso и салон красоты Happy Nails. Теперь трудится в кинокомпании «Гамма». Фигурис­тая, как испанская гитара, Алиса занимается карибскими танцами – это ее страсть. Мама у девушки – человек известный: писательница Татьяна Огородникова. Папа Леонид Владимирович – председатель совета директоров кинокомпании «Каро». Восемь лет в Швейцарии дают о себе знать – на лыжах в Трех долинах вы их дочь не догоните. Лучше закружите в сальсе, как в ее любимом фильме «Давай потанцуем». Еще могут помочь гортензии – но не факт. Попробовать в любом случае стоит.

Алиса Огородникова

Кристина Левиева. Некогда татлеровская малышка на миллион теперь в качестве корреспондента Первого канала бегает на высоких каблуках с микрофоном по улицам Милана во время Недели моды и по дорожкам Парка Горького в День города. Берет ­интервью на испанском у Антонио Бандераса и без акцента задает вопросы австралийцу Хью Джекману. Ловите ее тепленькой на пляжах Канн во время отпуска и расспрашивайте о работе. Но ­больше шансов у тех, кто пойдет по культурной линии: Кристину хлебом не корми, дай сходить в Большой или слетать в Ригу на спектакль с Барышниковым. Тем более что родители у нее люди интеллигентные — гендиректор телеканала «Совершенно секретно» Этери Левиева и архитектор Геннадий Левиев.

Алиса Знарок. Победную шайбу в ворота ­младшей дочери главного тренера сборной России по хоккею Олега Знарка если кто и забросит, то только настоящий мужчина. Трус не играет в хоккей. ­Свободное время Алиса проводит на матчах — заочная учеба на факультете искусствоведения Лондонского университета, проживание в недалекой Риге и эпизодическая модельная деятельность дают ей такую возможность. В мае на чемпионат мира в Москву ездила не только болеть: она ведущая программы «­Закулисье» на «Матч ТВ», для которой, отказавшись от помощи оператора, сама снимала богатырей за закрытыми дверями раздевалок. Видимо, там ей и встре­тилась восходящая звезда НХЛ, два­дцатитрехлетний нападающий «Чикаго Блэкхокс» Артемий Панарин. Но фотографируется Алиса по-прежнему в обнимку с терьером — нынешние хоккеисты пока не дотягивают до идеала, которым Алиса называет отца. Олег и Илона Знарок н­едавно отметили жемчужную свадьбу, так что ищет их дочь, судя по всему, а­тланта-однолюба.

FILED UNDER : Статьи

Submit a Comment

Must be required * marked fields.

:*
:*