admin / 25.02.2020

Федор Фомин диджей

«Афиша» продолжает публиковать большие интервью с руководителями российских музыкальных радиостанций. В этом выпуске — Федор Фомин, генеральный продюсер RU FM, радио, которое делает упор на «качественную» поп-музыку российского производства и в эфире которого может прозвучать песня «Кто пчелок уважает». Федор Фомин родился в 1973 году в Хабаровске. Он играл перед приморской публикой на дискотеках в Дворце культуры имени В.И. Ленина и Доме молодежи, работал ведущим на двух владивостокских радиостанциях — VBC и New Wave. В 1995 году Фомин закончил факультет журналистики Дальневосточного государственного университета и переехал в Москву. Там известный российский дизайнер Денис Симачев предложил Фомину выступать в своем заведении — Denis Simachёv Bar. В 2008 году Фомин получил приглашение создать саундтрек для фильма «Любовь в большом городе». С 2009 года заработал созданный Фоминым продюсерский центр «Лаванда».

— Вообще говоря, мы в этой рубрике обычно говорим с руководителями самых популярных радиостанций. Вы к их числу, прямо скажем, не относитесь. Как вы думаете, с какой стати мы берем интервью у вас?

— Потому что мы не такие, как все. Потому что мы появились на рынке с задачей познакомить широкую публику с тем материалом, который существует вне радийного и телевизионного формата. С той музыкой, которая живет в Интернете, которая отвечает тем реалиям повседневной жизни, что существуют вокруг нас на данный момент. Эта музыка существует у большинства людей в их плеерах, в айфонах, на компакт-дисках, в компьютерах — и наш эфир устроен так, что мы пересекаемся с плейлистом практически любого современного человека, живущего настоящей жизнью. Откуда я это знаю? Потому что люди пишут, говорят при встрече. Я же и до назначения на эту должность был таким хабом современной музыки, она ко мне стекалась. Была у меня жизненная позиция, о которой знали музыканты, — и приносили песни. И сейчас эта позиция осталась, просто канал расширился.

— А зачем вам вообще эта история? Вы же успешный диджей, все у вас хорошо, зачем вам ввязываться в новую радиостанцию с непонятными перспективами?

— Ну, видимо, было желание еще одну планку взять. Дискотека дискотекой, в ней я уже добился чего-то, хоть и не планировал совершенно. А тут, наверное, хотелось профессионально сделать что-то в рамках широкомасштабного проекта. Плюс просветительские амбиции — показать людям, что есть много хорошей музыки, честной, от души, профессиональной. Понятно при этом, что профессионализм, особенно в отечественном шоу-бизнесе, — категория относительная. Мне вот недавно Паша Воля историю интересную рассказал. Их песню попросила одна радиостанция, они дали, а через несколько дней ребята с этой станции говорят: «Все хорошо, все нравится, но вот хотелось бы…» А Паша им отвечает — мол, ну давайте, что у вас там, будьте честны, мы ко всему привыкли. И они говорят — сделайте, пожалуйста, похуже. Тогда возьмем. Вот такая сейчас удивительная ситуация сложилась в шоу-бизнесе. Он у нас сейчас такой же, как политика. Грязный, вороватый, с недосказанностями, с каким-то постоянным лукавством. И все себя ведут так, будто занимаются каким-то не очень хорошим делом. У нас нет взаимоуважения между продюсером и артистом, к артисту зачастую относятся как к машинке, к курочке, которая деньги приносит. Ну и так далее.

— Когда мы спрашиваем ваших коллег с больших радиостанций, почему они так мало ставят новых песен новых артистов, они обычно говорят — мол, боимся спугнуть аудиторию, эти песни не проходят тесты. У вас, видимо, такой проблемы нет, потому что и аудитории нет по большому счету. Или как?

— Аудитория есть своя. Но в чем наше преимущество: мы как очень легковесный боксер-профессионал. Важно, что профессионал, — у нас очень профессиональный коллектив, мы находимся в холдинге, где работают очень профессиональные люди. Выгода нашей позиции состоит в том, что у нас нет косной аудитории, которую мы сами привели в тупик. Я больше чем уверен, что коллеги с этих крупных радиостанций и рады бы поставить «Касту», клип которых в первые сутки получил полтора миллиона просмотров. Ну и так далее — можно перечислять артистов, которых мы все слушаем. Да сами радийщики слушают другую музыку, я больше чем уверен! Но их станции — это такой колосс на глиняных ногах: они и рады бы быстро отреагировать на новую песню, но не получается, потому что аудитория, которую они сами вырастили, не настолько гибка и лояльна к этой песне. Конечно, люди, там работающие, озабочены тем, что рейтинг упадет и акционеры могут их уволить.

— То есть они изначально не так воспитывали слушателя?

— Этого никто не знает. Они сделали большое дело в свое время. «Русское радио», «Европа Плюс» — они вырастили несколько поколений, я сам заслушивался когда-то. Но вот так обстоятельства сложились. Это как, знаете, пытаются сделать из «Жигулей» хорошую машину, а получается одно и то же. И в итоге ситуация выглядит так: мы ставим песню в декабре, а они — спустя три месяца. Потому что у нас есть такая возможность. А у меня есть определенный талант, чуйка на хиты. Это все могут подтвердить. Ваню Дорна я первый раз поставил, когда его никто не знал. Даже на моих дискотеках все морщили носы и говорили: «Что это такое?!» Но это нормальная история. Вот она, моя фокус-группа. Я вижу реакцию, я знаю, состоится эта песня или нет. А поставь любой фокус-группе песню неизвестного сейчас исполнителя с задатками, фокус-группа ее отбросит. Они привыкли слушать то, что привыкли. Поэтому мы ничего такого не делаем. У меня есть коллектив, который внутри может обсудить за чашкой чая, берем ли мы на себя этот риск. И получается так, что для многих радиостанций мы уже фокус-группа. Они смотрят, что у нас идет. Ну пожалуйста — берите!

— Но у вас же тоже есть акционеры.

— Ну если наши акционеры делают такие станции — то это немного другие акционеры. Я очень долго взвешивал за и против, когда соглашался здесь работать. И могу сказать, что здесь мегапрофессиональные люди и мегаадекватные акционеры. А про других мне сказать трудно. Сейчас ведь рынок в Москве настолько переполнен радиостанциями… Я до того, как заступить на эту должность, если и слушал радио, то «Коммерсант FM». Потому что моя музыка и так была всегда и везде со мной.

— Вот в том-то и вопрос. Вы же слушали только «Коммерсант FM». Я, скажем, вообще радио не слушаю. Люди, которые приходят на ваши диджей-сеты в «Симачев», — ну тоже не уверен, что слушают радио. Как их заинтересовать?

— Тут должно вот что сработать. Они должны понять, что мы несем просвещение. Мы быстрее их находим то, что зазвучит. Важна новизна, важна радость делиться тем, чего вы еще не слышали и не знаете. Наша задача — помочь ребятам понять, что существует радиостанция, в которой эта новизна есть. Я вспоминаю свою молодость — музыку невозможно было найти нигде! И вот была у нас во Владивостоке станция New Wave, очень хорошая, — и они эту музыку находили. Вообще, все региональные радиостанции, пока их не поработили коммерческие корпорации из Москвы, были удивительные. Скажем, уникальное чукотское радио «Пурга». Просто супер. В бытность Романа Аркадьевича губернатором Чукотки туда не привозили ни одного попсового коллектива — только Гарик Сукачев, «Мумий Тролль», «Уматурман» и так далее, и так далее. Вкус делали вот эти ребята с «Пурги». Они даже специально записали к дню рождения Абрамовича диск с его любимыми песнями на чукотском языке. Ну там — «Гудбай, Америка», «Невеста», «Аргентина-Ямайка». У меня где-то остался он даже. Региональщики — они такие.

— Давайте вернемся к вам. Вы говорите, что аудитория есть. А из чего это следует? В фейсбуке у вас триста подписчиков, во «Вконтакте» — две с половиной тысячи, по Moskva.fm тоже не очень хорошие позиции.


— Ну рейтинги — это еще одна чуровская история. В кавычках, конечно. Такое колдовство. Я всегда удивлялся всем этим опросам, потому что мне лично никогда никто не звонил, а мое мнение вроде бы там учитывается. Как это делается — для меня загадка. Да и все равно — при любых исследованиях довольна только первая тройка. Для меня главное — что я вижу реакцию знакомых, знакомых знакомых. И тех, кто нас слушает, их становится больше. Их больше, чем показывает статистика. Все больше людей пишут нам на станцию, все больше музыкантов присылают музыку. Я на Украину сейчас ездил, так мне одна девочка — новая звезда — сказала: «А я вас знаю, вы помогаете молодым, таким, как мы». Тут работает сарафанное радио — типа, а ты слышал, Федор Фомин песни берет и денег не хочет? Вот как было с группой IOWA — я их услышал случайно в каком-то обзоре на телеке. Думаю — вот это да. Покопался в интернете, списались через твиттер, прислали песню, я тут же поставил. И таких случаев миллион. Когда-то к Лене Бурлакову случайно попала кассета Земфиры — дальнейшее известно. Понимаете, до появления RU FM у большинства музыкантов, даже профессиональных, было ощущение безысходности. Вот мы недавно с Наташей Королевой чай пили…

— Что, и у Наташи Королевой ощущение безысходности?

— В том-то и дело! Она говорит: «Меня просто вежливо, но настойчиво посылают. Либо говорят — давайте денег». А она прекрасную песню сделала. И я взял ее в эфир, потому что мы в любом случае про легкую музыку, про тот музыкальный попкорн, который окружает нас. Чтобы играло и не заморачивало. Должен же быть свежий воздух. А люди высокопрофессиональные, которые не одно десятилетие на сцене, они не понимают, что от них хотят! Музыка не должна писаться по указке программного директора. А дошло же уже до того, что группам рекомендуют переписать ритм-секцию, изменить аранжировку — и тогда песню возьмут. Такого не может быть! Я всегда говорил: русская музыка пишется либо головой, сердцем, либо печенью. Другого не бывает. Либо это «Время колокольчиков», либо какая-то легкая мелодия, ну вроде того же «Трололо».

— Но у вас при этом «Время колокольчиков» себе представить нельзя. Все-таки какой-то общий саунд в вашем эфире прослеживается. В чем он для вас?

— В максимальном просветительстве и в максимально легкой подаче материала. В этом и есть мой талант, за который меня любят на дискотеках и уважают продюсеры. Я могу взять хорошую песню и собрать эфир так, чтобы она зазвучала — как доктор прописал. Я вот играл недавно на открытии одного клуба и поставил песню Земфиры «За билеты». Концертная запись, ни на одном из альбомов ее нет. Песня прекрасная. А у меня есть свои секретики — что до песни идет, что после. И потом один из менеджеров исполнителей, которые там тусовались, пишет в твиттере: «Удивительный ремикс на Земфиру звучал, где вы его взяли?» А я отвечаю — это не ремикс, это оригинал. Просто я так колдую. Я делаю так, чтобы это в вас вошло и застряло. И на радио мы эфир делаем таким образом, чтобы в нем оставалась эта легкость.

— То есть важно, чтобы не грузило.

— Конечно. Я бы и хотел поставить Дельфина, потому что он уникальный. И, может быть, у нас появятся в какой-то момент какие-то вечерние, ночные программы, где могли бы звучать такие песни. Или электронная музыку, которую русские ребята сейчас многие очень глубоко делают. Но тут важно, чтобы как с детьми в детском садике — играя, обучать. Сейчас современный человек ограждает себя от всего нового, потому что вокруг существует определенная информационная агрессия, и твоя реакция — ой, лучше я в домике посижу. И включу что-то, чтобы не грузило. Поэтому у меня нет ведущих эфира. Я просто не вижу никого достойного. Я все-таки ребенок Советского Союза и помню, каким должно быть радио и телевидение. Дайте мне хорошей русской речи, дайте мне мысль! А не просто — это была песня такая, теперь будет такая. Не хочется людей грузить лишним. Новости идут, но это особенности законодательства: мы обязаны отдавать определенный процент эфира новостям.

— Ну все-таки, если про репертуар. Вы как-то чувствуете , что ваше, а что нет. Вот я слушал эфир — там же много людей из того самого продюсерского попсового сегмента. Панайотов, Елка, Нюша. Где для вас грань? Вы можете поставить Лепса?

— Если песня будет вставать в наш звуковой ряд — почему нет? Я не понимаю слова «формат». Русскую музыку невозможно классифицировать. Новая песня «Мачете» «Пацаны» — это шансон или рок? Или новое направление? Елена Ваенга — это поп или шансон? Баста? Понимаете, о чем я, да? Вот вы говорите — Нюша. Я считаю, что это один из лучших образчиков современной популярной музыки, все сделано по фирме. Елка — артистка, которая выросла до уровня мегазвезды, уникальный пример. Панайотов… Парень долго мыкался, но у него хорошая песня получилась. Мне иногда музыканты говорят: «Возьмите нашу песню». Присылают — полная херня. Я отвечаю: с чего вы взяли, что я это возьму? Они говорят: ну мы думаем, это на радио пойдет. А я им: а вы мне пришлите то, от чего вы сами балдеете. Чтобы прямо от души. Присылают — и эту песню я беру. Потому что она честная, она сделана для себя, тебя эта волна накрывает. Пускай Нюша — продюсерский проект. Но там все четко, здорово, качественно. У нас звучат ранние Hi-Fi, потому что именно они на тот момент подстегнули шоу-бизнес к созданию хорошего поп-продукта. Что там еще из старого… «Иванушки» — ну они навсегда. Пусть маэстро Матвиенко кто-то осуждает за его три ноты, но, как говорится, встретимся у кассы. Ты напиши эти три ноты так, чтобы их пели двадцать лет.

— То есть вас именно песни интересуют? Чтобы прямо ваши артисты — такого нет? Вот тот же Иван Дорн, например.

— Ты запускаешь фокус-группу, и фокус-группа говорит, что это ужасно. Но половина российской молодежи поет эти песни и танцует на дискотеках. Как это игнорировать? Тут ведь везде похожие ситуации. Мы, активная социальная прослойка, говорим, что все воруют, полицейские убивают людей на дорогах. А наверху отвечают — все нормально, все под контролем. Так и в шоу-бизнесе. Есть группировки, среди которых распределены СМИ, все лоббируют свои интересы. Вот «Первый канал», пусть он государственный и в жестких рамках, ставит в программе дуэт Игоря Григорьева с Любой Успенской, отдадим должное смелости Константина Эрнста. И люди, которые сидят в многоуважаемом жюри этой программы, и настолько в своих рамках, что не могут воспринять свежее и новое. Но от этого глупо отгораживаться, потому что какое-то время спустя те люди, которые Ваню Дорна слушали не по радио, придут на важные позиции — и будут слушать свою музыку. А этих просто спишут. Ну как можно не замечать?! Вся страна слушает «Сочиняй мечты» «Касты». Как можно думать, что этого нет?

— Вот, кстати, мне очень интересно, почему никто не открыл до сих пор хип-хоп-радиостанцию. По идее, коммерческий потенциал огромный.

— Ну такая страна. Как поет Илья Игоревич — какие Бермуды, такие и треугольники. Тут еще вот какая особенность есть — высокая стоимость частоты, высокая стоимость обслуживания, все это порождает жажду быстрых денег. Но я на это могу сказать так: если нужны быстрые деньги, то вот вам, пожалуйста, — проституция, наркотики, оружие. А тут нужно работать. Кропотливо, спокойно, понимая, что не сейчас, но порядок будет.

— У вас еще регулярно в эфире возникает рубрика «Выбор программного директора». И там такие неочевидные вещи бывают. Песня «Кто пчелок уважает», допустим.

— Ну я знаю, что у многих такая песня может существовать в плейлисте. Настолько плохо, что уже хорошо. Эти музыкальные юморески должны людей расслаблять. Они сначала немножко выбивают, а потом ты понимаешь — а что, прикольная песня звучит! То есть у нас и так эфир отличается от других станций, а тут мы еще дровишек подкидываем. Есть песни, которые сами живут в народе своей жизнью. Хочется показать, что, люди, есть эти песни! Слушайте! Мы знаем больше. Вам тоже может это понравиться. Просто попробуйте. Не понравится — переключите, потом вернетесь, наткнетесь на Нюшу и на Елку, послушаете их.

Анастасия Калманович

Российская актриса и музыкальный продюсер. Анастасия Калманович снималась в фильмах «Обреченная стать звездой», «Ранетки» и «Самый лучший фильм». Получила известность как продюсер певицы Земфиры и экс-супруга убитого бизнесмена Шабтая Калмановича, сейчас замужем за ди-джеем Фёдором Фоминым.

Анастасия Калманович родилась 11 июля 1972 в литовском городке Кедайняй в семье военного летчика. Отец Насти погиб, когда ей было 15 лет.

Анастасия Калманович училась в Унивepcитeтe Риги и на журфаке Инcтитyтa coвpeмeннoгo иcкyccтвa, потом бросила учебу и уехала из родного города. В Москве она вышла замуж за успешного предпринимателя бывшего сотрудника Первого главуправления КГБ СССР Шабтая Генриховича фон Калмановича. Первый супруг Анастасии Калманович был старше ее на 25 лет, в 1971 году он вместе с семьёй репатриировался в Израиль, где и проживал вплоть до своей смерти.

Девичья фамилия Анастасии Калманович — Брилёва. Свою пышную фамилию «фон Калманович» Анастасия «унаследовала» от мужа — крупного бизнесмена Шабтая Калмановича (частичку «фон», а заодно дворянский титул супругам пожаловал литовский аристократ). О Шабтае пишут, что он был сотрудником Первого главуправления КГБ СССР, советским шпионом в Израиле.

Карьера

Брак Анастасии и Шабтая продержался недолго, но в 1998 году у супругов родилась дочь — Даниэлла Калманович. Позже у Насти начался роман с режиссером Дмитрием Месхиевым, а с 2006 года Анастасию Калманович часто видели с ди-джеем и музыкальным продюсером Федором Фоминым.

В 2010 году у Насти и Федора родился сын, названный Тихоном. Имя малышу родители выбрали задолго до рождения.

После развода Анастасия Калманович решила заняться собственным бизнесом. Она стала продюсером певицы Земфиры и смогла раскрутить ее до уровня рок-звезды. Ходили слухи, что Анастасию Калманович и ее подопечную связывают не только деловые, но и романтические отношения, и что именно это стало причиной развода Насти. Вскоре творческий союз Калманович и Земфиры распался. Позже Наста возглавила собственную фирму «ВИП-концерт», а в 2003 году стала продюсером группы «Токио».

В кино Анастасия Калманович впервые появилась в 2002 году, сыграв роль второго плана в картине «В движении». Позже она снялась в сериалах «Обреченная стать звездой», «Псевдоним «Албанец» и «Ранетки», а также фильмах «Королева льда», «Самый лучший фильм» и «Ловушка».

Дочь Анастасии Калманович

2 ноября 2009 года был убит экс-супруг Насти Шабтай Генрихович Калманович. После оглашения завещания бизнесмена выяснилось, что большую часть своего огромного состояния он завещал дочери от брака с Анастасией Калманович — Даниэлле. Девочка, ставшая обладательницей миллионов долларов, сразу же превратилась в «золотого» ребенка, нужного всем.

Долгое время Даниэлла находилась в Израиле — на попечении своей старшей сводной сестры, 32-летней Лиат (дочь Шабтая Калмановича от первого брака). Лиат была категорически против того, чтобы вернуть девочку Анастасии Калманович, что вынудило мать пойти на беспрецедентные меры: она заявила, что ребенок был похищен. Однако, в деле неожиданно всплыл документ. Согласно соглашению, подписанному Анастасией и ее бывшим супругом, мать выразила согласие, что Даниэлла будет жить там, где решит отец. Поскольку при жизни Шабтай Калманович выбрал местом жительства девочки Израиль, юридически у Анастасии Калманович претензий быть не может.

Тем не менее, позже Анастасия Калманович заявила, что бывший муж вынудил ее подписать этот документ угрозами, поэтому соглашение не может иметь силы.

Долгое время все заинтересованные лица ожидали решения суда: либо Даниэлла вернется в Москву к маме, либо ее сводная сестра Лиат получит документы на опекунство над ребенком. До решения суда выезд Даниэллы из Израиля был запрещен.

В мае 2010 года поступил иск от Лиат с требованием признать завещание недействительным. Процесс завершился в начале 2012 года. Суд подтвердил правоту Анастасии фон Калманович, выступавшей в интересах своей несовершеннолетней дочери, а заявление Лиат Калманович было оставлено без удовлетворения.

Вскоре Анастасия вышла замуж за диджея Федора Фомина и в 2010 году родила от него сына Тихона. Семья проживает в Юрмале.

Фильмография

2017 Беглецы (Латвия, Россия)
2013 Студия 17
2009 Универ
2008-2010 Ранетки
2008 Ловушка
2008 Королева льда
2007 Самый лучший фильм
2006 Псевдоним «Албанец»
2006 Женские истории
2006 Цена любви
2005-2007 Обречённая стать звездой
2005 Убить Бэллу
2004 Человек-амфибия. Морской дьявол
2004 Неудержимый Чижов
2004 На вираже
2003 Стилет
2002 В движении

Fedor Fomin

Легендарные вечеринки DJ Федора Фомина – самые веселые, жаркие и долгие,

это сумасшедший микс разных музыкальных направлений от хип-хопа и попсы до рока.

Фомин никогда не изменяет своему стилю – ставит самые популярные и полюбившиеся песни, перед которыми не устоит никто. «Танцует и повинуется» каждый! Фёдор Фомин сломал стереотип, что русская музыка – это «плохой тон» на вечеринках. С его появлением на клубно-барной сцене в Москве у публики появилось понимание, как можно веселиться до утра не только под электронную музыку. На его выступления съезжается вся богемная тусовка Москвы. Благодаря ФФ в сэты его подражателей вошли старые песни русских поп-звёзд 80-х и 90-х, не говоря уже о современных звёздах. С Фёдором делали колоборации и выступали Ноггано, Баста, L’One, IOWA, Иван Дорн, «Муммий Троль», Анна Седакова, Владимир Пресняков, Батишта, Алёна Свиридова, Наташа Королёва, Александр Ревва, Павел Воля, Deepest Blue, ESTRADARADA, Touch & Go, «ПИЦЦА», «Фабрика», Brainstorm, «Свинцовый Туман».

У Федора Фомина огромная армия поклонников, которые всегда с нетерпением ждут его выступлений в своих городах. Его регулярно приглашают на выступления в бары и большие клубы, на частные и корпоративные выступления в России и за рубежом.

Под руководством ФФ продюсерский центр «Лаванда» занимается разработкой саундтреков и написанием музыки в области кинематографии, рекламы, театра и производства видеоклипов.

«Любовь в Большом Городе» (1,2,3), «8 первых свиданий», «8 главных свиданий», «МММ», «Завтрак у папы», «Воин», м/ф «Крякнутые каникулы», «Только не они», «Ночная смена», «Бабушка лёгкого поведения 2».

Анастасия Калманович до и после

Калманович до и после пластики

Настя не стесняется публичности и открыто говорит о проделанных пластических операциях. Она считает, что нельзя упускать возможность продлить молодость, главное — найти проверенного специалиста, который улучшит внешние данные.

После рождения сына Тихона Анастасия сделала маммопластику, чтобы вернуть груди внешний вид после вскармливания.

3 апреля 2017 года известный пластический хирург многих звезд поблагодарил в «Инстаграме» Анастасию Калманович за возможность обнародовать фото до и после пластики.

Эффектное преображение Насти Калманович после пластики поразило подписчиков: они практически единодушно признали, что актриса помолодела минимум на 10 лет.

Анастасия считает пластическую хирургию настоящим искусством, которое возрождает и стирает следы времени. Муж поддержал Анастасию в трудном решении и не препятствовал проведению пластики.

Что входило в комплекс омолаживающих процедур, пластический хирург и актриса предпочли оставить в тайне.

Интрига подогрела интерес поклонников, и по фото Калманович до и после пластики они предположили блефаропластику, SMAS-лифтинг и липофилинг для восполнения объемов лица. Догадки подписчиков не были ни подтверждены, ни опровергнуты.


Результат процедур превзошел все ожидания поклонников, но все есть и те, кто высказал мнение, что пластика Изменила Настю Калманович до неузнаваемости.


Чувствуя такую поддержку, Анастасия Калманович не скрывает фото после пластики и выкладывает их без ретуши.

Голубоглазая звезда считает красоту наркотиком, зависимость от которого толкает женщин на такие шаги. Настя не прибегает к кардинальным изменениям, но и не собирается мириться с неизбежностью, которую диктует время.

FILED UNDER : Статьи

Submit a Comment

Must be required * marked fields.

:*
:*